Я каким-то образом придумал собственный термин — «атомарное чтение», взяв за основу слово «атомарный». С точки зрения физики оно, конечно, означает совсем другое и напрямую к восприятию искусства не относится. Но я использую атомарность как название определённого подхода к чтению и вообще к взаимодействию с искусством.
Я понял, что не умею читать
В 31 год я осознал, что не умею читать. Понятно, что все мы ещё в детстве овладеваем навыком складывать буквы в слова, а слова — в предложения. Я даже не помню, когда именно впервые научился читать. Но читать по-настоящему — это не просто последовательно воспринимать слова. Для меня чтение теперь означает проникать в текст, работать с ним, размышлять над ним и позволять ему каким-то образом изменить тебя.
Если мы хотим, чтобы искусство становилось частью нас, чтобы после прочтения книги, просмотра фильма или картины произведение действительно встраивалось в наше мировоззрение, к искусству необходимо относиться как к работе. То есть как к чему-то, что требует подготовки, внимания и определённого упорства.
Контекст до чтения
Работа с книгой для меня начинается ещё до первой страницы. Перед чтением я стараюсь погрузиться в контекст произведения: посмотреть документальные фильмы о писателе, послушать лекции и подкасты о конкретной книге, узнать что-то о современниках автора, культуре и исторической эпохе. Иногда важно изучить время, в котором происходит действие, а иногда гораздо важнее понять обстоятельства, в которых сама книга была написана.
После такого погружения текст уже воспринимается иначе. Ты начинаешь замечать исторические, культурные и социальные детали, которые без подготовки либо остались бы непонятными, либо вообще прошли бы мимо внимания.
Но одним внешним контекстом дело не заканчивается. Перед началом чтения полезно познакомиться и с самой книгой как с целым: посмотреть оглавление, прочитать предисловие, иногда — статью о произведении, даже если она находится в конце издания. В результате ещё до первой главы у тебя появляется приблизительная карта текста: ты уже представляешь, о чём может идти речь, какие вопросы книга способна поставить и на что стоит обратить внимание.
Как выглядит атомарное чтение
Дальше начинается то, что я непосредственно называю атомарным чтением. Перед началом книги я создаю отдельный документ и записываю туда свои первые мысли: что я ожидаю от произведения, что уже знаю о нём, какие вопросы появились после изучения контекста. После этого начинаю читать сам текст.
Прочитав главу или другую законченную часть произведения, я останавливаюсь и записываю мысли уже о ней. Я не пытаюсь сразу придумать что-то умное или оригинальное — просто фиксирую то, что заметил. После этого обычно отправляю свои заметки нейросети и продолжаю обсуждение уже с ней. Получается своего рода второй слой рефлексии.
Я заметил, что этот этап особенно важен. Иногда после прочтения главы кажется, что сказать о ней почти нечего: ничего особенно не зацепило, никаких оригинальных мыслей не возникло. Но стоит начать записывать впечатления, как постепенно всплывают второстепенные детали, один эпизод начинает связываться с другим, появляется возможность посмотреть на сцену или персонажа под новым углом.
Именно в этот момент произведение начинает приобретать объём. Если бы я просто закрыл книгу и пошёл дальше, значительная часть этих мыслей, скорее всего, исчезла бы. А значит, сами идеи текста затронули бы меня гораздо меньше, и через какое-то время от прочитанного мог остаться лишь факт: «да, эту книгу я когда-то читал».
Почему одни книги остаются, а другие исчезают
Я хорошо вижу это на собственном тир-листе книг. Если посмотреть на произведения, которые находятся у меня в тире S, почти все они когда-то были мной прочитаны если не сознательно атомарно, то хотя бы интуитивно похожим образом. Просто потому, что они очень сильно мне понравились и я постоянно к ним возвращался.
Многие из этих книг я перечитывал. Например, «Преступление и наказание» я читал больше четырёх раз, и характерно, что каждое последующее прочтение оказывалось сильнее предыдущего. Сюжет тебе уже известен, поэтому внимание освобождается для деталей, которые раньше проходили мимо. Кроме того, меняешься ты сам: новый жизненный опыт позволяет совершенно иначе посмотреть на знакомые эпизоды и персонажей. В результате книга продолжает раскрываться, кирпичик за кирпичиком.
Поэтому о книгах из тира S мне действительно есть что сказать. У меня есть сформированное отношение к ним, я размышлял над их проблематикой, персонажами, сюжетом и идеями. Они в каком-то смысле встроились в моё мировоззрение.
А теперь можно посмотреть на противоположный конец тир-листа. Есть книги, которые я почти совершенно не помню. Я знаю, что читал их, но если меня попросят подробно рассказать содержание, основные идеи или объяснить своё отношение, мне будет сложно это сделать.
Скорее всего, эти книги просто не вызвали во мне достаточно сильного эмоционального отклика. Я прочитал текст и пошёл дальше, никакой серьёзной работы с ним не произошло, поэтому со временем он почти полностью исчез из памяти. Для меня это пример обычного потребительского подхода к чтению, когда главным критерием становится: «Мне понравилось или не понравилось? Зашло или не зашло?»
«Илиада» как первый сознательный эксперимент
Первой книгой, которую я уже сознательно попытался прочитать атомарно, стала «Илиада» Гомера. До начала чтения я посмотрел около четырёх больших исторических подкастов Bushwacker, посвящённых Древней Греции, минойской и микенской цивилизациям и так называемым Тёмным векам. Причём сама эта эпоха неожиданно стала для меня отдельным культурным открытием.
Также я смотрел лекции и разборы Андрея Баумейстера и Евгения Жаринова об «Илиаде» и Гомере. Много гулял по интернету: смотрел археологические находки, карты, реконструкции, изучал географию и исторический контекст. То есть к первой странице «Илиады» я подошёл уже с определённым набором знаний.
Дальше я начал читать сам текст. В «Илиаде», конечно, не главы, а песни. После каждой песни я останавливался, записывал свои мысли, а затем обсуждал эти заметки с ИИ. Параллельно я читал Куна — «Легенды и мифы Древней Греции», в частности его прозаическое переложение событий Троянского цикла.
При этом подготовка не закончилась с началом самой книги. Если встречался какой-то интересный миф, исторический эпизод или непонятная деталь, я шёл читать и смотреть дополнительные материалы. Контекст продолжал накапливаться одновременно с чтением произведения, и в итоге «Илиаду» я читал почти месяц.
Количество мыслей и глубина погружения, которые я получил благодаря такому подходу, оказались совершенно несопоставимы с тем, как я читал большую часть книг раньше. При этом важно ещё раз оговориться: «атомарное чтение» — это мой собственный термин, я не претендую на какое-то научное определение.
Более того, после «Илиады» я особенно хорошо понял, насколько поверхностным даже такой мой подход всё ещё остаётся. После неё я открыл книгу Алексея Фёдоровича Лосева о Гомере, и вот там Гомер действительно разбирается практически до атомов: лингвистика, история, социальная структура, культура, происхождение текста, устройство эпоса — произведение рассматривается сразу с огромного количества сторон.
Поэтому моя «атомарность» — понятие исключительно личное. По сути, так я называю рабочий подход к книге, просто гораздо более подробный и внимательный, чем тот, к которому я привык раньше.
Книга должна оставаться внутри
Когда я читаю подобным образом, текст гораздо глубже остаётся внутри меня. Остаются образы, идеи, сюжет, вопросы, собственное отношение к произведению. Относительно «Илиады» это отношение у меня уже сформировалось. Относительно Гомера в целом — ещё нет, потому что впереди меня ждёт «Одиссея».
Но я уже понимаю, что вряд ли когда-нибудь смогу просто забыть «Илиаду». Не потому, что специально выучил её содержание, а потому, что идеи и образы, которые я получил во время чтения, теперь естественным образом встроились в мой собственный опыт.
Для меня это намного интереснее, чем читать произведение без контекста, просто следя за сюжетом и ожидая итогового вердикта: понравилось или не понравилось. Атомарный подход вообще в значительной степени избавляет меня от этой метрики.
Даже если книга мне не понравилась, я могу остановиться и спросить себя: что именно мне не понравилось? Почему? Что автор пытался сделать? Почему это не сработало конкретно для меня? Уже один этот анализ позволяет что-то вынести из произведения. Получается, что даже отрицательная реакция становится материалом для размышления.
Следующая — «Одиссея»
Следующей книгой у меня будет «Одиссея», и к ней я собираюсь применить тот же подход. Причём здесь появляется ещё один интересный эффект атомарного чтения: каждая подробно прочитанная книга начинает помогать читать следующую.
В случае с «Одиссеей» связь очевидна. То, насколько глубоко я погрузился в «Илиаду», будет помогать мне практически на каждом этапе чтения второго гомеровского эпоса. Но дальше связей становится ещё больше: идеи, сюжеты, образы и концепции начинают переходить из текста в текст.
А «Илиада», как один из древнейших и важнейших памятников европейской литературы, постоянно отзывается в произведениях совершенно других эпох и авторов. Чем больше таких связей ты замечаешь, тем сильнее литература перестаёт быть набором отдельных книг и начинает превращаться в огромный непрерывный разговор.
Учиться читать заново
Поэтому атомарное чтение я постепенно начинаю воспринимать почти как необходимое условие для того, чтобы литература действительно заиграла новыми красками. Чтобы она выполняла не только развлекательную функцию, но передавала знания, идеи и человеческий опыт.
Нам кажется, что читать мы научились ещё в школе. Но сейчас я понимаю, что сам нахожусь только в самом начале, как будто на первом уровне настоящего чтения. Да, я прочитал относительно много книг, но теперь понимаю, что качество значительной части этого чтения было довольно низким.
И поэтому мне требуется другой подход. Для себя я называю его атомарным чтением.